Воспоминания об отце Александре

Назад

Суд над О. Александром Пивоваровым

В этом году на Западе промелькнули короткие сообщения об аресте секретаря новосибирского архиепископа священника отца Александра Пивоварова. Осенью 1983 г. в Новосибирске над ним состоялся суд. Его судили за распространение религиозной литературы (Евангелие, молитвословы, жития святых), за оказание помощи в производстве этой литературы, т. е. за выполнение своего пастырского долга, по статьям 162 (часть 2), 17, 154 (часть 2) УК РСФСР. Ему дали 3,5 года лагерей строгого режима с конфискацией имущества. Однако для многих имя этого удивительного человека остается неизвестным. Между тем это истинный подвижник Православной Церкви.

Он родился 8 июля 1939 г. в Бийске Алтайского края. Был лучшим учеником Одесской семинарии. Сразу после семинарии хотел уйти в монастырь, но его туда не приняли из-за установленного для монастырей возрастного ценза: слишком молод. В 1960 г. он рукоположился. Затем окончил с отличием духовную академию, стал кандидатом богословских наук. Его оставляли при академии, приглашали работать в Отдел внешних церковных сношений при патриархии. Но он пожелал служить на приходе.

О. Александр много сделал в своей пастырской деятельности. За свои проповеди о бессмертии души, воскресении подвергался гонениям властей: целый год велось против него следствие, его обвиняли в «разжигании фанатизма в массах путем обмана». О нем писалось в советской прессе много клеветы, грязи, особенно в этом отличилась томская областная газета. Отец Александр Пивоваров храмостроитель. В сложнейших условиях, в которых находится церковь в СССР, когда трудно получить разрешение властей даже на мел¬кий ремонт храма, он построил в Новокузнецке храм, посвященный Архистратигу Михаилу, а в Томске и Прокопьевске крестильни с алтарями. Об этом, кстати, писалось в Журнале Московской Патриархии. Гонения против него со стороны властей практически не прекращались никогда: он пережил 5 обысков, множество оскорбительных допросов, угроз. Но все это только укрепляло его в служении Церкви. А его высокая духовность, богословская культура, честность, чистота были так очевидны, что, несмотря на эти гонения, он с 1975 г. являлся секретарем новосибирского архиепископа Гедеона.

О деле о. Александра надо рассказать подробнее. А началось оно 6 апреля 1982 года, когда на квартире у него КГБ устроило обыск. У него, священника, взяли Библию, молитвословы, богослужебные книги, жития святых, кресты, лампады, забрали деньги, пишущие машинки. В этот же день — 6 апреля 1982 г. — в Москве были арестованы православные христиане миряне Виктор Бурдюг, отец пятерых детей, и 3 его товарища — Николай Блохин, Сергей и Владимир Бударовы. Семь месяцев перед судом они находились в Лефортовской тюрьме КГБ. Московский городской суд, заседавший по их делу целый месяц, приговорил Виктора Бурдюга к 4 годам лагерей с конфискацией имущества, а его друзей — к 3 годам за нелегальное производство и распространение религиозной литературы, по 162 статье УК РСФСР. Глубокую и точную церковную оценку деятельности Виктора Бурдюга и его друзей дал в свое время архиепископ Женевский и Западно-Европейский Антоний. Ее разделили не только миряне, живущие в СССР, но даже многие священники Московской патриархии. И между обыском в Новосибирске у о. Александра и арестом московских христиан существует прямая связь.

Сколько слов просительных и гневных было сказано и написано в адрес самых высоких инстанций по поводу того, что в СССР верующие не могут приобрести Библию, Новый Завет, молитвословы — за годы советской власти они издавались крайне редко, ничтожными тиражами, а жития святых, творения отцов Церкви за это время практически не издавались. Но с каждым годом становилось все яснее и яснее, что нелепо ждать от власти воинствующего атеизма, поставившей своей целью уничтожение Церкви, религии, заботы о нуждах верующих. А коли так, надо самим побеспокоиться о себе и о своих.

И вот нашлись люди, которые от слов перешли к делу. В течение нескольких лет они нелегально размножали полиграфическим способом Евангелие, Псалтырь, молитвословы, «жития святых, святоотеческую литературу тиражами, которым могло бы позавидовать иное западное издательство. И что важно — книги расходились не в узком кругу московских знакомых. Их направляли в Сибирь, в города и села Средней России, на Украину, т. е. туда, куда уже десятилетиями не поступала духовная литература.

Нетрудно представить, какую радость испытывали верующие, получая эти книги. Но в сознании утверждалось и другое. Значит, не до конца задавлена наша Церковь, столько лет находящаяся в пленении. Значит, не все пути перекрыты безбожниками. Значит, и в этих условиях можно нести Слово Божие. И само дело распространения литературы помогало объединиться единомысленным, воспрянуть духом унывающим. Одним словом, христиане укреплялись в противо¬стоянии государственному атеизму, ведущему такую разрушительную работу в Церкви. Таким образом, деятельность Виктора Бурдюга и его друзей была не частным, а общецерковным делом. Это-то более всего и встревожило КГБ.

В результате долгой слежки КГБ установил, что большая доля религиозной литературы, производимой Виктором Бурдюгом и его друзьями, распространяется в Сибири через секретаря новосибирского архиепископа о. Александра Пивоварова. Однако главной целью суда было изобразить (дело) так, что Виктор Бурдюг занимался исключительно частным делом, а Церковь не имела к нему никакого отношения. Поэтому на процесс в Москву о. Александра не вызывали. После обыска он был лишен положения секретаря архиепископа и вообще работы, но через полгода его направили в самый северный приход области — в Енисейск. Духовная же дочь о. Александра, проходившая на процессе как свидетельница, никаких компрометирующих его фактов не называла, и самое интересное — суд не добивался их от нее. А как была недовольна судья Байкова, когда одна монахиня говорила, что книги, производимые Виктором Бурдюгом и его друзьями, брал наместник Троице-Сергиевой Лавры покойный архимандрит Иероним и распространялись они в храмах монастыря открытым образом.

Свое недовольство она сорвала на одном из адвокатов, пожелавшем спросить у монахини: «А что такое архимандрит?» «Я снимаю этот вопрос», — крикнула судья на него. Да, КГБ, суду важнее всего тогда было представить деятельность Виктора Бурдюга и его друзей частной инициативой и отделить от них Церковь. Когда адвокат Бурдюга Гусев хотел задать своему подзащитному обязательный для всякого процесса вопрос: «Каковы были мотивы вашей деятельности?» — судья Байкова оборвала его сразу же: «Я снимаю ваш вопрос». Она, как и следователи КГБ, прокурор Головин, прекрасно знала, что истинные мотивы деятельности Виктора — религиозные, церковные, но не хотела, чтобы это было сказано вслух на суде. Надо сказать, что у многих действительно создалось впечатление, что КГБ не хочет трогать священников, желает оставить Церковь в стороне. И как глубоко, уже в который раз, они ошиблись.

КГБ отделило Виктора и его друзей от Церкви для того, чтобы принизить значение их деятельности, скомпрометировать их. А через год после ареста московских христиан удар пришелся и на Церковь. 11 апреля 1983 г. был арестован о. Александр Пивоваров. И на него, как ранее на его московских друзей, обрушилась лавина лжи, грязи. Следователь откровенно на допросе говорил одной свидетельнице: «Мы вашего Пивоварова покажем в таком свете, что все верующие отвернутся от него, плюнут ему в морду», на что ему свидетельница ответила: «Скорее вам плюнут». И действительно, ни ложь, ни подставные люди КГБ не смогли опорочить имя о. Александра перед верующими. Вот, например, как на суде выступали лжесвидетели. Вопрос: «Вы покупали у Пивоварова молитвословы?» — «Да». — «А что в них было?» — «Ну там, всякие заговоры от мышей, крыс...»

На суде в Новосибирске, как и на суде в Москве, рушился миф о личной наживе, созданный КГБ. Все свидетели отрицали какой-либо материальный интерес о. Александра в распространении религиозной литературы. И тем не менее о. Александр Пивоваров осужден на 3,5 года лагерей. Русская Православная Церковь находится в тяжелом положении, но она не сломлена. В ее лоне всегда были и будут такие подвижники, готовые на жертву, на мученичество, как священник о. Александр Пивоваров, миряне Виктор Бурдюг и его друзья. Положение их в лагере в настоящее время тяжелое. Виктор Бурдюг, например, не видевший свою семью (а у него 5 детей) уже более года, лишен положенного ему свидания. Начальник читинского лагеря, где он находится, откровенно заявил, что свидание запретило КГБ.

Нет, гуманизма от власти воинствующего атеизма ждать не следует. И мы должны усилить наши молитвы за тех, кто страдает за Христа, за Церковь. Помяните же в своих молитвах заключенных протоиерея Александра, Виктора, Николая, Сергея, Владимира. Господи, помоги им!

Ноябрь 1983 г.

В Новосибирске с 9 по 17 августа 1983 г. проходил суд над о. Александром Пивоваровым, обвинявшимся по статьям 17 (соучастие), 154 ч.2 (спекуляция) и 162 ч. 2 (занятие запрещенным промыслом) УК РСФСР. Арестовали его в апреле.

Аресту предшествовала серия обысков. На первом обыске в Ново-сибирске по делу Игнатия Лапкина изъято 24 Библии издания Евангельских христиан-баптистов. В апреле по «делу печатников» проведено три обыска. В Енисейске в доме отца Александра изъяты Молитвословы, Евангелия, 2400 рублей денег; в Новосибирске в квартире Ольги Старостиной было изъято 14 тысяч нательных крестиков, около тысячи свечей и три тысячи рублей денег.

По окончании предварительного следствия отец Александр заявил ходатайство прокурору области: «Меня взяли под стражу, чтобы я не мешал ходу следствия. Поскольку оно закончено, я не могу ему мешать и прошу меня отпустить для того, чтобы я мог исповедаться и причаститься. Если вы отпустить меня не можете, прошу позвать священника в тюрьму». Ходатайство осталось без ответа.

В ходе судебного разбирательства выяснилось, что при первом обыске изъяты Библии, привезенные Геннадием Яковлевым по просьбе отца Александра. Всего было тридцать Библий. Две из них получил в подарок брат подсудимого отец Борис Пивоваров, одну Ольга Старостина, две — Наталия Герасимчук.

Какая-то верующая показала, что отец Александр, снабдив ее пустыми чемоданами, отправил в Москву и встретил назад с полными. Содержимое чемоданов было изъято на обыске (Молитвословы, Новый Завет).

Ольга Старостина показала, что ездила неоднократно в Москву по просьбе о. Александра и встречалась там с Виктором Бурдюгом (привезенным на суд из лагеря под Читой). По словам свидетельницы, она знает, что именно она возила.

Отец Григорий, священник из г. Канска, передал в церковную лавку 20 Молитвословов, 30 Новых Заветов, житие Марии Египетской и две пачки крестиков, купленных у отца Александра по номиналу. Все это продавалось в храме г. Камска по ценам, установленным церковным советом.

Бухгалтер епархиального управления была допрошена судом о порядке назначения цен на изделия, продающиеся в храме.

Допрошен был отец Александр Реморов, которому ставилось в вину изготовление и продажа церковных календарей, но выяснилось, что он раздавал их прихожанам бесплатно.

Были допрошены отец Алексей Костриков и отец Григорий Персиянов.

Брат обвиняемого, о. Борис Пивоваров, допрошенный в самом начале судебного разбирательства, отозвавшись о подсудимом положительно, просил суд быть объективным.

Главным свидетелем обвинения стала Наталия Герасимчук. Ей о. Александр подарил Библию, и впоследствии, по ее просьбе, еще одну ее знакомой Шараповой. Первую Библию Герасимчук продала за 70 р., а вторую за 85 р. Денег отцу Александру она не передавала. Судом установлено, что Герасимчук дарила отцу Александру художественную литературу. Общая стоимость всех подарков составила 30 рублей. Герасимчук была задержана на барахолке. При обыске из ее сумки были изъяты житие Марии Египетской, художественная литература.

Адвокат в своей защитной речи, опровергнув все пункты обвинения, просила освободить подсудимого за отсутствием состава преступления.

Приговор — 4 года лагерей строгого режима с конфискацией имущества.

Суд был открытым. Присутствовали прихожане храмов, где служил отец Александр, друзья, родственники. Отец Александр входил в зал заседания с пасхальным приветствием «Христос Воскресе». Зал отвечал: «Воистину Воскресе».

Подсудимый передал во время процесса записку, в которой писал, что если его все-таки осудят ни за что, то он просит помочь ему после вынесения приговора.

По окончании чтения приговора о. Александр, встав на колени, поклонился всем в ноги и благословил присутствующих.

Источник: «Отец Александр: воспоминания о митрофорном протоиерее Александре Ивановиче Пивоварове» / Гл. ред. — Карышев К.Л. — Новокузнецк: Сретение, 2008. — 248 с.

Назад